Владельцы и сотрудники предприятий Шебекино рассказали РБК о работе под обстрелами, прилетах на заводы и фабрики, судебных спорах о форс-мажоре и о том, как платить зарплату без доступа к собственной бухгалтерии
Шебекино и близлежащие села Белгородской области находятся под массированными обстрелами со стороны Украины больше недели. В городе много предприятий, но туда закрыт въезд, нет света и воды, работа заводов остановлена, сотрудники эвакуированы.
«Стреляют— прячемся в укрытие, прекращают стрелять— продолжаем работу»
Шебекинский округ— один из основных промышленных центров Белгородской области. Там располагаются не только местные производства, но и резервные площадки белгородских предприятий (город находится в 30км от Белгорода), а также федеральных компаний. Например, в округе расположено одно из производств компании «СИ Груп», на котором производятся макароны «Шебекинские», завод по выпуску искусственных сапфиров «Монокристалл», Шебекинский машиностроительный завод, завод по производству смол и добавок для строительных красок компании «Аллнекс» и другие.
Точных данных, сколько предприятий в Шебекино пострадали от обстрелов, насколько сильно и какой ущерб им причинен, пока нет: город постоянно обстреливают, и произвести оценку нет возможности. 2 июня губернатор Вячеслав Гладков сообщал о десяти пострадавших предприятиях и уточнял, что на их восстановление понадобится 13 млрд руб. Уже 5 июня он отмечал, что «навскидку» средств на восстановление пострадавших районов из сформированного фонда не хватит, не уточняя, имеетсяли в виду также восстановление предприятий.
Сотрудница Шебекинского мелового завода рассказала РБК, что до 31 мая предприятие работало, потом его остановили. «Я должна была выйти 31 мая на смену в день, но мы уже не вышли. В ночь с 1 на 2 июня у меня была ночная смена, но мне позвонили, сказали, что завод остановили. Сохранитсяли зарплата, как это будет оформлено— не знаю»,— говорит она.
Сотрудница Белгородского завода сапфиров «Монокристалл» сообщила, что завод остановил работу также после 31 мая. «В последний обстрел, 31 мая, который был особенно мощный, мы находились в подвале. Обстрел продолжался час, из «Градов». Нас эвакуировала администрация после обстрела. После этого, насколько мне известно, были еще прилеты, и осталосьли что-то от завода, уже не могу сказать»,— рассказывает женщина. По ее словам, сотрудники завода работали под обстрелами с сентября: «Стреляют— прячемся в укрытие, прекращают стрелять— продолжаем работу».
Пострадала мебельная фабрика «Радом», сообщила РБК ее сотрудница: «В наш «Радом», на котором мы с мужем работали, прилетело. Сначала увидели в соцсетях, начали созваниваться [с коллегами], нам подтвердили, что правда».
Несколько жителей Шебекино сказали РБК, что сильно пострадал Завод премиксов №1, который выпускал добавку лизин для кормов для животных.
«Заводы? Их нет,— лаконично ответила жительница Шебекино Наталья на вопрос РБК.— Было, наверное, с Белгорода видать, как они горели (имеются в виду Завод премиксов №1 и «Монокристалл».— РБК). В среду [31 мая] они «Премиксы» добили».
РБК направил запросы руководству крупнейших заводов, расположенных в Шебекинском городском округе. Несколько человек отказались комментировать, остальные не ответили.
От обстрелов пострадал средний и малый бизнес. У индивидуального предпринимателя Виталия Немерцева было свое производство и сбыт мебели. В собственности— два магазина, один из которых, площадью 900 кв. м., сдавался в аренду, складские помещения и другие активы. «Склад с мягкой мебелью разлетелся, небольшой склад со всякой мелочевкой тоже разлетелся. В магазинах стекла повыбивало. «Газель», которая была на доставке мебели, помогли кое-как вытащить, я ее забрал. Она вся как решето— «Град» прилетел, всю посекло осколками»,— рассказал РБК Немерцев.
Сотрудников, трудоустроенных в Шебекино, перевели на работу на вторую точку предпринимателя в Белгороде. Зарплату им пришлось сократить, признается он, но люди хотябы остались с работой.
Похожая ситуация у компании «Инбитек», которая производит металлопрокат и металлоизделия. В Шебекино у нее есть промышленное предприятие по производству металлоконструкций и торгово-офисное здание в центре города. «По состоянию цеха— в прошлую пятницу я там был, был зафиксирован прилет, стены пробило снарядом. Разорвалось внутри или нет— не знаю, внутрь мы не заходили. Но пожара не заметили»,— рассказал РБК руководитель компании Игорь Чернов.
Сотрудники «Инбитека», работавшие в Шебекино, сейчас находятся в оплачиваемом отпуске. Как пояснил Чернов, их организованно эвакуировали во время обстрелов и отвезли в безопасное место. Почти все разместились у родственников, для кого-то договаривались о квартирах, помогали чем могли, уточнил предприниматель.
Пока руководство компании смотрит на то, как будут развиваться события, но, если обстрелы затянутся, «Инбитек» будет искать временную площадку, для того чтобы вернуть сотрудников к работе.
Ни Немерцев, ни Чернов практически ничего не успели вывезти с предприятий, за исключением некоторых документов. Эта проблема стоит и перед другими шебекинскими предпринимателями, поэтому бизнес совместно с администрацией округа разработал схему вывоза некрупных вещей. Руководителям компаний необходимо составить заявку на вывоз, подать ее в администрацию округа, после чего ее согласуют и передадут данные на КПП при въезде в закрытую зону. Пока вывозить можно только что-то небольшое— сейфы, сервера, печати, документы, которые могут войти в машину вроде «Газели». Практически все собеседники РБК поясняют, что за территорией Шебекинского округа постоянно ведется наблюдение с помощью дронов, кроме того, обстрелы могут начаться в любую минуту. Поэтому передвигаться необходимо очень быстро и задерживаться надолго, в том числе для погрузки крупной машины, нельзя.
Из-за обстрелов работу останавливают не только предприятия Шебекино, но и расположенные в других районах, в частности, ближе к Белгороду. Как рассказал РБК сотрудник ООО «Разуменский рынок», расположенного в поселке городского типа Разумное (10 км от Белгорода), Виктор Кощавка, его компания строила вторую очередь торгового комплекса «Амбар». Однако в мае на фоне обстрелов компания решила заморозить стройку. «Первая очередь уже построена, сейчас строится вторая очередь. Скелет каркаса подняли, а уже обшивать дальше не стали, потому что небезопасно. Чтобы не получилось, что построили здание, а его, как в Шебекино, разбили»,— пояснил Кощавка.
По его словам, первый месяц сотрудники находились в оплачиваемом отпуске. «А сейчас форс-мажор, и все это понимают. И хозяева не получают денег, и мы не получаем, все стоит до лучших времен»,— добавил собеседник РБК.
Будетли финансовая поддержка предприятий
Пока официальных заявлений о том, как область будет финансово помогать предприятиям восстанавливаться, нет. Предприниматели, с которыми разговаривал РБК, поясняют, что процедуру оценки ущерба сейчас нельзя начать из-за постоянных обстрелов— как минимум на производство нет возможности привезти оценщика. «Наверное, какие-то компенсации будут, но какие, когда и в каком размере— не знает никто»,— пояснил Чернов.
Предприятиям, пострадавшим в предыдущие волны обстрелов (они велись по Шебекинскому округу и другим районам с осени 2022 года, но были слабее), власти выделяли субсидии в виде грантов. Заявления на грант начали принимать 26 апреля. Подать его могли юридические лица, индивидуальные предприниматели, физические лица и самозанятые (если они не находятся в стадии ликвидации или банкротства, а также не являются иностранными). Деньги можно было направить на строительство зданий, аренду, текущий или капитальный ремонт, ремонт оборудования, приобретение сырья или необходимых товаров, технологическое присоединение к объектам инженерной инфраструктуры, оплату коммунальных услуг.
К 10 мая были определены первые получатели грантов. Ими стали 28 предприятий и 18 ИП, а общая сумма субсидии для них составила 397 млн руб.
«Люди уже бегут в суды подать иск на тех, кто терпит бедствие»
Помимо материального ущерба и вынужденной остановки производства шебекинские предприятия столкнутся с множеством других проблем, уверен сопредседатель отделения «Деловой России» в Белгородской области Сергей Лисов. «Мы ожидаем, что будет большое количество неисполненных контрактов, по которым уже были совершены предоплаты, соответственно, суды окажутся завалены исками, которые подадут контрагенты»,— пояснил он РБК.
С ним согласен и Чернов. «У нас остался в цеху завезенный материал, то есть обязательства перед поставщиками. У нас остались невыгруженные готовые изделия, то есть обязательства перед покупателем. У нас осталось оборудование, то есть обязательства перед лизингодателем и поставщиком оборудования,— пояснил он.— Например, мы должны были отгружать конструкции в пятницу, а в четверг началась эта заваруха. И все. А у них технологический цикл оборудования проходит. Сидим, думаем вместе, как из этой ситуации выходить».
Руководитель «Инбитека» подчеркивает, что из-за того, что в округе не введен особый режим (по аналогии с режимом КТО, который ввели в Грайворонском районе 23 мая после прорыва диверсантов и сняли в тотже день) обязательства по контрактам не приостанавливаются. «Люди бегут в суды подать [иск] на тех, кто терпит бедствие, потому что хотят первыми содрать какие-то остатки мяса, если что-то от компании останется»,— поясняет он.
По словам Лисова, в среду 7 июня состоялась встреча представителей региональной Торгово-промышленной палаты (ТПП), Минэкономразвития области, белгородского отделения «Деловой России» и бизнеса. «Было принято решение о создании реестра пострадавших предприятий, в том числе тех, у кого из-за обстрелов нет доступа к производственным площадкам и офисам. Компании, попавшие в реестр, смогут получить сертификаты о наступлении форс-мажора. Этот сертификат они смогут использовать в суде, чтобы в случае подачи против них иска у них была возможность задействовать пункт о форс-мажоре в договорах с контрагентами»,— рассказал он.
Сейчас для получения такого сертификата в Торгово-промышленной палате необходимы документы органов власти, СК или МЧС, которыебы подтверждали обстоятельства возникновения форс-мажора. Если будет создан реестр, доказать возникновение обстоятельства непреодолимой силы станет значительно проще, уточняет сопредседатель «Деловой России» региона.
Оформление такого сертификата в ТПП стоит 13,5 тыс. руб. «Мы предложили дать рассрочку на три месяца тем предпринимателям, которые не могут сейчас полностью оплатить процедуру. ТПП поддержала эту идею»,— добавил Лисов.
У многих предприятий из-за обстрелов нет доступа к бухгалтерии, серверам, где хранится информация, в том числе и по начислению зарплаты сотрудникам. «Если обстрелы затянутся или предприятие будет разрушено, работодатель не сможет начислять зарплату, а невыплата зарплаты в течение трех месяцев является основанием для подачи заявления в отношении предприятия на банкротство. Мы просто получим множество предприятий-банкротов, вместо того чтобы дать им возможность восстанавливаться»,— поясняет он.
Региональное отделение «Деловой России» направило письмо председателю организации Алексею Репику с просьбой рассмотреть возможность введения временного моратория на банкротство пострадавших предприятий и на уголовную ответственность за несвоевременную выплату зарплаты. Кроме того, бизнесмены предложили временно разрешить предприятиям не проводить отчисления в социальные фонды, если у них нет возможности эти выплаты совершать. Как пояснил Лисов, бизнес считает необходимым ввести меры, похожие на те, что действовали во время пандемии COVID-19.